Глава МИД России Сергей Лавров заявил, что в 2019 году они ожидают прогресс в процессе Нагорно-Карабахского урегулирования. В каком именно виде Лавров представляет этот прогресс, он не уточнил. Вместо этого сказал, что нужно поддержать готовность Баку найти решение, и надеется, что это будет взаимным и со стороны Еревана. Если Лавров рассматривает прогресс в рамках той логики, в которых находится его известный план, то главу МИД России ждет разочарование. Если он надеется на то, что власть, имеющая высокую легитимность, пойдет на такой шаг, то и здесь, пожалуй, Лаврова ждет разочарование.

В конце концов, посредникам сопредседателя Минской группы ОБСЕ, включая Россию, за последние годы должно было стать понятно, что в Армении в арцахском вопросе та или иная версия совершенно не зависит от легитимности или нелегитимности правительства. Армянский народ не готов отказаться от своих территорий, в конце своего пребывания в должности заявил в Ереване посол США Миллс, говоря, что 25 лет в этом смысле было неправильное впечатление. Более того, Миллс также заявил, что четырехдневная Апрельская война, по сути, делает понятной позицию армянского народа. Позиция Миллса же делает понятным, что Соединенные Штаты, как минимум, поняли, что представление о прогрессе в карабахском вопросе, мягко говоря, не может быть сформулировано лавровскими, казанскими или мадридскими планами и принципами. Они могут быть сформулированы «апрельскими тезисами», или, другими словами, путем торможения и нейтрализации воинственности Азербайджана, четко и однозначно объясняя, что независимо от перспектив политического урегулирования, ему не может быть никакой военной альтернативы.

Разные позиция Лаврова или России, то есть Лавров ожидает прогресса в этом, или в логике его старого плана? Возможно, это ключевой вопрос, потому что, если под готовностью искать «разрешение» Баку действительно готов подписать международное обязательство исключить любые военные действия, то это, конечно, заслуживает поддержки, и Ереван, безусловно, должен быть взаимным. Но если речь о чем-то другом, о логике существующего до сих пор урегулирования, то здесь, конечно, действия Баку не преследовали и не будут преследовать ничего другого, кроме исчерпания политического пути, чтобы прибегнуть к военному шантажу. Соответственно, поддержать Баку – значит поддержать войну. Лавров собирается поддержать войну? В этом смысле, еще в прошлом году премьер-министр Армении Пашинян на пресс-конференции, посвященной его 100-дневному сроку, довольно четко зафиксировал вопрос роли России – если Россия не захочет, войны не будет. Вопрос ответственности определен, соответственно, для России должно быть однозначно, что любая агрессия Азербайджана, независимо от ее масштаба, в армянском обществе, также исходя из апрельского опыта, будет оцениваться как российская агрессия, агрессия с попустительства России.